Елена Мартынюк. Интервью с худруком театра "Киноспектакль"

Печать PDF
Оценка пользователей: / 1
ПлохоОтлично 

Олег Лещинер: «У нас было время на ошибки»

Рядом с Патриаршими прудами, в Малом Козихинском переулке, на доме № 4 висит золотая табличка: «Департамент культуры города Москвы. Московский государственный театр «Киноспектакль». Вход в него обрамлен двумя колоннами, а в фойе вас встречает светящаяся эмблема: актер, шагающий из киноленты навстречу занавесу. Эмблема отражает суть деятельности: киноспектакль – это зрелище, сочетающее традиционный театр с кинодействием, виртуальным изображением и другими современными технологиями.

Организатором и вдохновителем нового театра стал режиссер Олег Лещинер.

Ремонт помещения скоро завершится, и перед зрителями предстанут спектакли этого театра…

- Олег Дмитриевич, вы первый, кто создал синтез театра и кино?

- Их соединял еще Мейерхольд, правда, у него в спектакле возникали фотографии. И многие это пробуют, привнося кино в театр, в частности в Париже ставят киноспектакли, но довольно-таки примитивно. Роль кино в условиях театра – везде, поголовно - носит характер лишь художественного оформления или дополнительной информации, или, к примеру, на эстраде поет военный хор, а за ним на огромном экране идут кадры войны – эмоциональная краска для усиления эффекта. Но попробуйте на равных, паритетных началах соединить театр с кино – ничего не выйдет. Ничего! Потому что два этих искусства конфликтуют, причем конфликтуют не по мелочам. У кино и театра разные темпоритмы, они работают по разным законам. У них даже временной образный код разный. Допустим, идет спектакль «Царь Федор Иоаннович». На авансцене, на маленькой золоченой табуретке видим шапку Мономаха. Она стоит весь спектакль. И правильно. Как символ борьбы за эту «шапку».

- Но когда-то она «выстрелит»?

- Не надо стрелять. За эту шапку вся эта борьба и затевается. И совсем необязательно, чтобы кто-то ее взял и надел. Ее присутствие бесконечно! Теперь возьмите кино. Поставьте золотой пуфик с этой шапкой Мономаха, снимайте ее, как хотите, с каких угодно ракурсов – снизу, сверху, крупным, общим планом, в движении… Но сколько она простоит в кино? Максимум три-четыре секунды. Зритель скажет, - все ясно, показывай дальше. А в театре шапка за два с половиной часа ни у кого сомнений не вызовет.

Разные и способы актерского существования. Кино предполагает актерскую органику, а театр – актерский диапазон. И подход к использованию музыки, этого мощнейшего средства выразительности, в театре и в кино тоже различен. И художественное оформление не соединяется. Есть режиссеры, которые великолепно и ставят и спектакли, и снимают кино. Но делают это по отдельности. А начнут совмещать – столкнутся с теми же препятствиями, что мы уже проходили, - «рассыпятся» темпоритмы и так далее, и так далее. А мы научились. Мы делаем спектакли, где кино с театром не конфликтуют. Происходит взаимообогащение. В этом наша предельная уникальность. Мы научились соединять кино с театром на паритетных началах. Нам повезло: у нас было время на ошибки.

- А работа с актерами в киноспектакле иная?

- Я ученик А. А. Гончарова. Он учил умению пользоваться классической школой театра. Анатолий Эфрос в книге «Репетиция – любовь моя» писал, что, чем больше он работает в театре, чем больше ставит спектаклей, тем больше он понимает гений Станиславского. Это действительно, всеохватывающая гигантская школа. Она распространяется не только на психологический театр, но и на все его жанры. Евгений Вахтангов взял самого площадного драматурга Карло Гоцци и сделал блистательный спектакль «Принцесса Турандот» - по системе Станиславского. Я учусь у этих мастеров. И киноспектакль совершенно другой вид зрелищного искусства - но по классической школе русского театра

- Как все начиналось?

- После окончания ГИТИСа по распределению я пришел режиссером-постановщиком в Московский областной театр в Ногинске. За два с половиной года поставил 12 спектаклей. А позже в мою жизнь ворвалась Госпожа Кинокамера. Я стал познавать неведомые мне доселе неограниченные возможности кино. В результате начал с телевидения, несмотря на то что А. А. Гончаров всегда восклицал кому-нибудь в гневе: «На телевидение пойдешь!» Это было как падение. Для нас телевидение было как бы наказанием за профнепригодность. Потом я закончил кинооператорские курсы и пошел на Центрнаучфильм, снял четыре документальных фильма об авиации, потому что мой отец, один из создателей Ил-ов, лауреат Ленинской премии, дважды Герой Соцтруда, был известным самолетостроителей, заместителем С. В. Ильюшина. И здесь надобно сказать, что документализм предполагает информационно правильно решать главную задачу, учит правильно выстраивать монтаж, чтобы не сбивались темпоритмы. Эта практика сейчас очень помогает мне в работе театра. То, что я поставил в театре и снял в документальном и игровом кино, дало мне право приступить к созданию Театра «Киноспектакль».

- А игровое кино?

- На киностудии им. Горького я снял один игровой фильм «Носилки для ежиков». На кинофестивале в Стокгольме Ингмар Бергман вручил мне приз зрительских симпатий.

- Вас не приглашали ставить мюзиклы, где были бы эффектны средства киноспектакля?

- Много раз приглашали, но я не фокусник. Типичные приемы эстрады меня не вдохновляют.

- Кто кроме вас является соавтором киноспектакля?

- Конечно, прежде всего, актеры, но также группа наших штатных специалистов по созданию игрового кино в киноспектакле. Это видеоинженеры-конструкторы и архитекторы, кинооператоры и художники компьютерной графики.

- Новая постановка по вашему сценарию называется «Золотой шар, или Глупые умности». Каким будет предстоящий киноспектакль?

- Сценарий навеян произведениями английского писателя Льюиса Кэрролла «Алиса в Зазеркалье», французского драматурга Эжена Ионеско «Носорог» и бельгийского драматурга Мишеля де Гельдероде «Смерть доктора Фауста». Эти произведения объединяет не только эстетика театра абсурда, но и содержание, которое, на наш взгляд, сегодня востребовано. Раскрывать подробности не стану. Скажу лишь, что на этот раз герои нового киноспектакля преодолеют пространство и время, совершая перелеты из современной Москвы в мир фантасмагории и обратно.

- Каковы реалии и перспективы театра «Киноспектакль»?

- Сегодня – это не только реализованный проект, но и уникальная инновационная лаборатория с арсеналом новых выразительных средств, лаборатория, которая  в первых рядах прокладывает мостки к модернизации театрального искусства. В этом коллектив видит свою мисси и концепцию дальнейшего развития театра «Киноспектакль».

 

Вела беседу Елена Мартынюк

 


 


ЛитМир (облако тегов)